The National Interest: Армения расширила круг партнеров, но не преодолела зависимость от России

На Ближнем Востоке страны, обладающие значительными человеческими и энергетическими ресурсами, стремятся позиционировать себя в качестве ''средних держав''․ Эта концепция, ставшая в последнее время весьма популярной, судя по всему, уже перенасыщена аналитикой о многосторонности, многовекторной внешней политике и т. д.

Однако разнообразие внешнеполитических партнёрств — отнюдь не исключительно ближневосточное явление. Страны Южного Кавказа и Центральной Азии, оказавшиеся между Россией, Китаем, Ираном и Турцией, на протяжении трёх десятилетий проводят подобную политику, причём в условиях гораздо более серьёзного внешнего давления. Их опыт нагляднее показывает, в чём заключается разница между государствами, которые просто расширяют круг своих партнёров, и теми, которые способны самостоятельно определять собственный политический курс, пишет The National Interest.

Армения не позиционирует себя как средняя держава, однако сегодня она также придерживается многовекторного внешнеполитического курса, который её соседи проводят уже давно. Обострение отношений с Россией подтолкнуло Ереван к активному расширению стратегических партнёрств с европейскими и азиатскими странами.

В 2024 году Армения заморозила своё участие в возглавляемой Россией Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и заявила, что не намерена к ней возвращаться. Кроме того, страна подала заявку на вступление в Европейский союз, подписала с Вашингтоном Хартию о стратегическом партнёрстве, согласилась на реализацию поддерживаемого США проекта ''Маршрут Трампа'' на юге страны, а также обратилась к Индии и Франции за поставками вооружений.

Тем не менее этот внешнеполитический разворот пока остаётся незавершённым. ''Газпром'' контролирует распределение природного газа в Армении, российские войска по-прежнему находятся в Гюмри, а Москва оказывает давление на Ереван, требуя сделать выбор между Евразийским экономическим союзом и Европейским союзом.

Таким образом, на данном этапе Армении удалось значительно быстрее диверсифицировать круг внешнеполитических партнёров, чем сократить свою зависимость от России.

Более показательный пример в этом отношении представляет соседний Азербайджан. После того как 5 марта иранские беспилотники нанесли удар по аэропорту эксклава Нахичевань, президент Ильхам Алиев назвал произошедшее ''террористическим актом'', привёл армию в состояние полной боевой готовности и распорядился закрыть границу с Ираном.

После того как в декабре 2024 года российская система ПВО сбила самолёт авиакомпании Azerbaijan Airlines, Баку оказывал давление на Москву до тех пор, пока Владимир Путин не признал ответственность России за произошедшее и не согласился на выплату компенсации.

Азербайджан поддерживает стратегические партнёрские отношения как с Вашингтоном, так и с Пекином. Более того, в октябре Алиев назвал США и Китай единственными сверхдержавами мира, не включив Россию в этот список.

В последнее время Баку также несколько дистанцировался от своего ближайшего союзника — Турции. Выступая на съезде своей партии, президент Азербайджана заявил, что страна не нуждается ''ни в чьей помощи или покровительстве''. Кроме того, 30 октября Алиев не принял участия в саммите Организации тюркских государств в Анкаре, несмотря на личное приглашение Реджепа Тайипа Эрдогана.

Вместе с тем возможности Азербайджана для самостоятельного маневрирования на международной арене по-прежнему ограничены влиянием крупных соседних государств.