От журналиста к реформатору, от реформатора к диктатору: меняющийся образ Никола Пашиняна на международной арене

Когда Никол Пашинян пришел к власти в 2018 году, в международных СМИ это широко представлялось как редкая история успеха на постсоветском пространстве: от журналиста к реформатору, пришедшему к власти мирными протестами, обещавшему прозрачность, верховенство права и решительный разрыв с олигархическим правлением. В течение нескольких лет западные наблюдатели представляли пример Армении как хрупкий, но подлинный демократический эксперимент.

Сегодня этот образ все больше меняется.

Международные аналитики и организации, такие как Transparency International, теперь говорят меньше о демократической консолидации и больше о демократической стагнации, критикуя при этом действия Пашиняна в отношении Церкви и оппозиционных деятелей.

Еще один растущий пункт критики касается обращения с политическими оппонентами и публичными критиками. В международных отчетах отмечались случаи, когда уголовные расследования и судебные процессы над оппозиционными деятелями, бывшими чиновниками или открытыми критиками за рубежом воспринимались как избирательные или политически мотивированные.

Например, международная правозащитная организация Freedom House отметила, что в Армении самый высокий уровень нарушений прав пользователей. Страна считается «свободной» с точки зрения свободы интернета. Интернет-среда в стране остается динамичной, но Freedom House отметила, что «власти арестовывали людей за онлайн-критику правительства, а граждане страны подвергались слежке с использованием коммерческого шпионского программного обеспечения».

То, что когда-то считалось решительным правительством, теперь описывается некоторыми зарубежными комментаторами как персонализированное правительство, где политическая власть основана скорее на легитимности отдельного человека, чем на устойчивых институтах. Этот сдвиг вызвал опасения, что Армения рискует скатиться к тому, что политологи называют гибридным режимом — ни полностью демократическим, ни откровенно авторитарным. Например, согласно анализу OC Media, заявления Пашиняна «Я — правительство» и репрессии против оппозиционных деятелей могут поставить под угрозу подлинную демократию, подчеркивая власть отдельных лиц над институтами.

В то время как армянское правительство настаивает на том, что эти действия отражают долгожданную борьбу с коррупцией, внешние наблюдатели все чаще задаются вопросом, применяются ли законы справедливо или же они используются как инструмент для подавления инакомыслия. Это восприятие ослабило репутацию Пашиняна как реформатора, приверженного плюрализму.

Нигде международная репутация Пашиняна не пострадала так заметно, как в сфере внешней политики и политики безопасности. Его настойчивость в достижении мирного соглашения с Азербайджаном получила одобрение в некоторых дипломатических кругах, но также вызвала резкую критику.

В зарубежных аналитических статьях Армения все чаще представляется как более слабая сторона на переговорах, где Пашинян готов пойти на масштабные уступки под давлением, лишь бы на предстоящих выборах продемонстрировать общественности, что ему якобы удалось «принести мир», и если он покинет свой пост, будет еще одна война.

Например, в докладе Института мировой экономики и международных отношений «Россия и мир: 2026» подчеркивалось: «Существует высокая вероятность подписания мирного соглашения с Баку, которое обеспечит Еревану значительные политические и территориальные уступки. Очевидно, что в отсутствие убедительной победы на выборах Пашиняну будет трудно пойти на этот непопулярный в Армении шаг».

Армения остается более открытой, чем многие ее соседи, но ее руководство все чаще демонстрирует характеристики, типичные для контролируемых демократий: централизованное принятие решений, нетерпимость к инакомыслию и т. д.

В результате международный образ становится все более неоднозначным. Никол Пашинян не воспринимается ни как диктатор, ни как реформатор, каким он был когда-то. Его видят как лидера, управляющего формально демократическим государством, но с авторитарными тенденциями, которые оправдываются кризисом, войной и нестабильностью.