Foreign Policy: Пашинян начал ставить свое политическое выживание во главу угла, сделав карабахских беженцев и своих критиков »козлами отпущения»

Потеря Арцаха по-прежнему остается болезненной и незаживающей раной для многих в Армении. Однако правительство Пашиняна предприняло шаги, чтобы смириться с поражением и продвигаться к мирному соглашению с Баку. С точки зрения других, включая критиков премьер-министра и многих беженцев, отказ Еревана от Арцаха — краеугольного камня национальной борьбы страны на протяжении десятилетий — является актом предательства, пишет Foreign Policy.

В этом напряженном контексте карабахские беженцы стали жертвами языка вражды в интернете и преследований со стороны властей.

Исследователи выяснили, что стигматизирующие нарративы о »неблагодарных» и »дезертирах» карабахцах систематически разгонялись фигурами, лояльными правительству Пашиняна.

Проводя предвыборную кампанию этим летом, Пашинян оказался втянут в несколько ожесточенных столкновений из-за Карабаха.

Поражение Армении в карабахской войне в 2020 году спровоцировало период нестабильности, протестов и беспорядков, включая требования отставки Пашиняна. Оглядываясь назад, можно сказать, что это также стало катализатором демократического реверса Еревана. Когда его партия неожиданно одержала убедительную победу на выборах 2021 года, Пашинян начал ставить преданность и собственное политическое выживание выше всего остального.

Летняя избирательная кампания этого года в особенности характеризовалась чередой арестов критиков Пашиняна. В то же время участились свидетельства злоупотребления властями административным ресурсом.

Сам Пашинян все чаще склонен угрожать своим оппонентам и оскорблять их, и карабахские беженцы — это одна из тех групп, на которых он попытался переложить вину, сделав »козлами отпущения».

Критики премьер-министра представили »реальную Армению» как одностороннюю уступку Баку, продиктованную требованиями Азербайджана изменить Конституцию Армении, исключив из нее территориальные упоминания о Карабахе в качестве предварительного условия для переговоров.

Однако, судя по беседам автора с избирателями и политологами в июне, многие армяне видели мало политических альтернатив Пашиняну и руководствовались скорее противодействием пророссийским партиям, нежели вопросом Нагорного Карабаха.

Что касается самих карабахцев, то надежд на их право на возвращение сейчас мало. Многие зажаты между нестабильностью и страхом. По данным карабахских чиновников, большинство живет в нищете, а 70 процентов сталкиваются с безработицей. Из-за своего статуса беженцев большинство не имело права голоса на июньских выборах.